Мании при шизофрении

Мания величия — как признак симптома шизофрении или паранойи

Мания величия — как признак симптома шизофрении или паранойи

У меня нет мании величия. Великие люди этим не страдают

В переводе с греческого языка — мания величия или мегаломания, переводится как большое преувеличение или большое безумие, при котором личность в своем самосознании и поведении, проявляет завышенную оценку своей значимости, важности, известности, влияния в политике, богатстве. Больной человек может считать себя — всемогущим и верить в это!

Как не пропустить первые симптомы мегаломании?

Мы часто используем слова «мания величия» в обычной жизни, но не всегда человек, объявивший себя Наполеоном может страдать этим заболеванием.

Скорее всего такое состояние обусловлено наличием острого психического расстройства, бредово-галлюцинаторного синдрома. Но если человек объявляет себя спасителем мира или говорит, что он создал лекарство для вечной жизни — то это является поводом задуматься, не болен ли он мегаломанией?

Основные причины болезни

Такое состояние может быть вызвано также — комплексом неполноценности, маниакально-депрессивном психозом или паранойей. Первичные симптомы болезни почти незаметны. Но в дальнейшем, когда болезнь начнет прогрессировать и появятся клинические проявления, человек может впасть в тяжелую депрессию, или у него начнет развиваться слабоумие.

Причины появления мании величия часто связаны с неврозами, шизофренией, или перенесенными черепно-мозговыми травмами, прогрессирующим параличом. Специалисты выделяют три основные причины, из-за которых у человека развивается мания величия:

Наследственная предрасположенность — когда один из родителей ребенка или близкий родственник имеет такое же заболевание и это увеличивает риск того, что ею будет страдать и ребенок; Алкогольная или наркотическая зависимость . перенесенный и запущенный сифилис, также относят людей к зоне риска; Завышенная самооценка — несмотря на кажущуюся безобидность, так же в дальнейшем, с перенесенным неврозом или нервным срывом, станет началом тяжелого расстройства психики.

Клинические признаки «большого безумия»

Главные симптомы, по которым можно определить, что человек страдает манией величия — это его зацикленность на важности своей персоны, для коллектива и всего мира, своей исключительности. И об этом скажут его слова и действия, которыми он будет стараться сообщить всем окружающим, о том, как он гениален и уникален! При этом — он искренне будет верить в то, что говорит и не посчитает свое поведение иррациональным.

Проявляется мания величия на физическом, психическом и эмоциональном уровнем, таким образом:

Высокая активность — наблюдается при биполярном расстройстве, симптомы которой проявляются в депрессивных фазах, сменяющихся на эпизоды мании. Во втором случае человек полон сил, энергичен и практически не устает; Слишком высокая самооценка — склонность превозносить свои идеи и мысли, считая их гениальными, и требования такого же отношения к ним и всех людей; Неустойчивость в эмоциональной сфере — активность и пассивность, восторженно-радостное настроение сменяется апатией или подавленностью, и данные перепады больным неконтролируемы; Негативная и бурная реакция на любой вид критики — когда человек иногда игнорирует критику, но чаще всего реагирует на нее со злостью, агрессивно; Неприятие иного мнения — мания величия предполагает полное отторжение другой точки зрения, так как своя воспринимается как единственное верная. Мания величия в данной ситуации может быть опасной, так как человек может совершать поступки, которые грозят его здоровью, жизни и жизни окружающих; Плохой сон, бессонница — так как болезнь проявляется нервным перевозбуждением завышенной активностью, ее симптомы могут включать в себя и тревожный, чуткий сон или бессонницу; Депрессия, мысли о самоубийстве — эти симптомы являются следствиями физического, психического и нервного истощения.

Мания величия может закончиться для больного очень плачевно. Так как эта болезнь зачастую переходит в тяжелую форму депрессии, вызванную развенчанными иллюзиями, когда больной теряет уверенность в своей значимости, и начинает думать о суициде. Такое состояние переносится очень тяжело, поэтому больному необходима помощь и срочная госпитализация, для назначения курса лечения.

Типы расстройств психики, проявляющиеся манией величия

Как отмечено по проведенным исследованиям, мания величия чаще всего проявляется у мужчин. Ее симптомы у них более ярко выражены, а поведение всегда агрессивно, и выражается не только в эмоциональном, но и физическом насилии. Проявление болезни у женщин — более мягкое и может выражаться в виде убеждения собственной неотразимости, эротомании. Иногда объектом мании становится определенная, известная личность, кинозвезда, политик и т. д.

Наиболее известными типами мегаломании являются:

Парафренный бред — мания величия, соединенная с деперсонализацией и манией преследования. Больной уверен, что он не просто уникален, а совершал или совершит великие дела, что его миссия — спасение всего человечества или уверяет всех, что за ним следят инопланетяне; Синдром мессии или мессианский бред — при этом виде болезни, человек уверен, что он является мессией и что только те, кто пойдет за ним, спасутся в день страшного суда. Существуют такие прецеденты, когда такие люди были достаточно популярными личностями, создавали свои секты, с многочисленными последователями; Манихейство — расстройство психики, при котором человек уверен, что он единственная защита планеты от вселенского зла. Эти симптомы чаще всего указывают и на наличие шизофрении.

Методы диагностирования и способы лечения

Данное расстройство психики может быть диагностировано только квалифицированным специалистом в психиатрии, после разговора с больным, подробной картины его ощущений и распорядка, способа жизни, выслушивания жалоб. Проводятся беседы и с его родными.

Мегаломания или мания величия — заболевание, которое невозможно вылечить, но курс лекарственной терапии всегда направляется на причины ее появления, которые помогут справиться с неврозом, снизить проявление депрессивного состояния и психоза. Проводятся и сеансы психотерапии, направленные на корректировку сознания пациента, чтобы вернуть его к нормальной жизни. При особо сложных случаях, человека необходимо поместить в психоневрологическое отделение стационара.

hyperthermia.in.ua

Какая она — мания величия?

Мания величия – это вид психического расстройства, некий тип сознания человека, при котором он склонен переоценивать собственные возможности и способности. В психиатрии данное состояние рассматривается не как самостоятельная болезнь, но как симптом иного патологического состояния, связанного с нарушением психики. Чаще всего мания величия возникает при маниакально-депрессивном психозе, комплексе неполноценности и параноидальных расстройствах.

Принято выделять несколько стадий развития мании величия. На начальном этапе формирования расстройства проявляются лишь его первичные симптомы, которые могут быть малозаметны для окружающих. Однако дальнейшее прогрессирование заболевания приводит к более ярким клиническим проявлениям, а со временем может привести к тяжелой депрессии и даже развитию слабоумия.

Мания величия в клинической практике чаще всего относится к симптоматике такого расстройства, как маниакально-депрессивный психоз или параноидального расстройства. Довольно часто такое состояние проявляется при шизофрении, различных неврозах и аффективных психозах. Также подобное расстройство может проявиться в качестве осложнения прогрессирующего паралича или черепно-мозговой травмы.

Можно выделить несколько факторов риска развития мании величия. Во-первых, это наследственная предрасположенность – если один из родителей страдает подобным заболеванием, вероятность того, что оно возникнет и у ребенка всегда остается довольно высокой. Во-вторых, расстройство возникает чаще у людей, страдающих от алкогольной или наркотической зависимости, а также личностей, перенесших сифилис. В-третьих, стоит упомянуть, что даже обычная завышенная самооценка со временем может перерасти в более серьезное психическое расстройство.

Клинические признаки

Мания величия проявляется обычно тем, что человек концентрирует буквально все свои мысли на собственной исключительности и важности для общества. Вследствие этого все поступки и разговоры больного направлены на то, чтобы оповестить окружающих о собственной уникальности и гениальности. Для подобного расстройства характерно отрицание больным нерациональности своего поведения, ведь они действительно уверены, что только их суждения являются единственно верными, а все остальные обязаны восторженно соглашаться с ними.

Однако не всегда симптомы мании величия проявляются ярко с сопутствующим бредовым расстройством и попытками больного навязать окружающим свою точку зрения. Как правило, мания величия проявляет себя следующим образом:

  • Повышенная активность, Данное состояние характерно для биполярного расстройства, в котором эпизоды мании чередуются с фазами депрессии. В маниакальной фазе пациент может быть уверен в собственной исключительности, а также оставаться энергичным и полным сил, практически не чувствуя усталости;
  • Завышенная самооценка. Больной не просто превозносит собственные мысли и идеи, но и требует аналогичного отношения от окружающих;
  • Эмоциональная неустойчивость. Бурная активность больного может резко сменяться пассивностью, радостное настроение подавленностью и т.д. В большинстве случаев подобные перепады настроения невозможно контролировать;
  • Резко негативное отношение к любой критике. В лучшем случае больной просто игнорирует любые замечания в свой адрес, в худшем – отвечает на них агрессией;
  • Отказ принимать чужое мнение. Мания величия часто проявляется не просто невосприятием критики, но и отрицанием чужой точки зрения как таковой. Люди с подобным расстройством склонны совершать порой абсолютно нерациональные и даже опасные поступки, совершенно не прислушиваясь к советам близких и окружающих людей;
  • Нарушения сна. Из-за повышенной активности и постоянного нервного возбуждения симптомы мании величия часто включают бессонницу, поверхностный и тревожный сон;
  • В тяжелых случаях возможны проявления депрессии, возникновение мыслей о суициде и даже попыток свести счеты с жизнью. У больных наблюдается выраженное истощение, как психическое, так и физическое.

Следует отдельно рассмотреть такой вариант исхода мании величия, как тяжелое депрессивное расстройство с суицидальными наклонностями. Причин депрессии может быть несколько. Если речь идет о человеке с биполярным расстройством, то мания сменяется депрессией – это и есть характерное течение заболевания. Также тяжелая депрессия может возникнуть вследствие утраты больным оснований считать себя лучше всех. Как правило, момент крушения представлений о собственной исключительности переносится больными крайне тяжело. В конце концов, подавленное настроение может явиться следствием нервного и физического истощения организма. Чтобы депрессивный эпизод не закончился плачевно, психическое расстройство необходимо своевременно лечить.

Стоит отметить, что у мужчин мания величия обнаруживается гораздо чаще, нежели у женщин, при этом у представителей сильного пола расстройство протекает куда более агрессивно. Иногда дело может доходить до физического насилия в попытках донести до окружающих свои идеи и убедить их в собственной правоте. У женщин болезнь протекает более мягко и нередко принимает форму эротомании – убеждении, что женщина является объектом чьей-то пылкой страсти и любви. Обычно в качестве объекта, на который распространяется мания, выступает какая-то известная, публичная персона.

Отдельные типы расстройства

Мания величия часто входит в симптомы различных бредовых расстройств, которые в клинической практике классифицируются в отдельные формы. Например, при парафренном бреде мания величия приобретает выраженные фантастические черты и часто сочетается с манией преследования и деперсонализационным расстройством личности. Клиническую картину могут дополнять патологические фантазии больного, подтверждающие его уникальность. Так, человек рассказывает небылицы о своих великих деяниях, которые часто принимают совсем фантастические формы: больной может заявлять, что его миссия заключается в спасении мира или же утверждать, что за ним ведется непрерывное наблюдение из космоса и т.п.

Менее распространенной разновидностью бредового расстройства, сопровождающегося манией величия, является так называемый мессианский бред. Симптомы его таковы, что человек мнит себя кем-то вроде Иисуса или его последователя. Известны случаи, когда некоторые личности с подобным расстройством становились очень известными и собирали довольно много последователей собственного культа.

Опасными для окружающих могут быть больные, страдающие от манихейского бредового расстройства. Мания величия в этом случае проявляется в том, что человек воображает себя неким защитником мира от противоборствующих сил: добра и зла. Чаще всего такой бред проявляется при шизофрении.

Диагностика и лечение

Описываемое расстройство психики диагностируется врачом-психиатром после проведения беседы с пациентом, сбора подробного анамнеза его жизни, оценки имеющихся жалоб. Также врач обязательно беседует с родственниками больного. С диагностической целью могут проводиться различные психологические тестирования, а также оценка поведения пациента.

К сожалению, мания величия не лечится, однако необходима терапия основного заболевания, которая подбирается индивидуально в каждом конкретном случае. Если говорить о том, как избавиться от мании величия, то в зависимости от ее причины больному может быть назначено:

  • прием нейролептиков, если диагностировано сопутствующее депрессивное расстройство;
  • прием седативных средств или транквилизаторов при выраженном возбуждении;
  • специфическая психотерапия.
  • Так как сам пациент не осознает серьезность своего состояния, может потребоваться принудительная терапия. В случае необходимости пациента помещают в психоневрологический диспансер и проводят лечения в условиях стационара.

    odepressii.ru

    В литературе можно встретить большой разброс мнений о частоте встречаемости навязчивых состояний при шизофрении. Этот факт обусловлен многими обстоятельствами, во-первых — нечеткостью границ этого психического, во-вторых — с относительно недостаточной изученностью течения навязчивостей, например, механизмом их трансформации в бред или галлюцинации, в третьих — неясностью взаимоотношений навязчивостей с симптомами психического автоматизма и деперсонализации.

    По мнению W.Fenton, T. McGlashan (1986), обсессии регистрируются при шизофрении всего лишь в 7, 8% случаев, а по данным I. Berman et. al. (1995) — в 46,6%. Последние авторы полагают, что в дебюте шизофрении почти в 15% случаев отмечаются в различной степени выраженности навязчивые состояния. Согласно F. Fish (1962), J. Hamilton (1984), примерно 3% страдающих шизофренией пациентов обнаруживает в той или иной степени выраженности навязчивые состояния, которые оказываются более заметными на начальном этапе болезни.

    Eisen J., at al (1997) пришел к выводу, что значительное количество пациентов с шизофренией, также имеет сопутствующее обсессивно-компульсивное расстройство, причем не выявляется никаких очевидных различий в таких переменных, как пол, трудовой статус, количество госпитализации или возраст начала шизофрении между группами больных с отсутствием или наличием навязчивых симптомов.

    Чаще обсессивно-компульсивные симптомы регистрируются при шизоаффективном расстройстве, чем при простой форме шизофрении: 20% и 2% соответственно.

    Вероятно, большинство патологических процессов, ослабляющих «органическую почву», как бы создающих «астенический фон», способствуют проявлению навязчивых состояний. Шизофрения не является также исключением из этого правила. В то же время, специфика патологического, «органическо-процессуального» процесса накладывает и в этом случае свой отпечаток на клиническую картину навязчивостей.

    Отечественные психиатры всегда были склонны к значительному увеличению процента больных шизофренией, в клинической картине которых встречаются навязчивые состояния.

    Примером может быть автор известной в России книги «История психиатрии» — Ю.В. Каннабих (1936), который полностью «растворял» невроз навязчивостей в шизофрении. Несмотря на то, что этот психиатр считал, что навязчивые состояния встречаются в пределах самых различных нозологических единиц, а также в рудиментарном виде наблюдаются и у здоровых людей, «в тяжелых случаях невроза навязчивых состояний речь несомненна должна идти о шизофрении», которая правда в большинстве случаев течет здесь благоприятно, не сопровождаясь выраженной психической деградацией (Каннабих Ю.В., 1935).

    Несомненно на подобную точку зрения, оказывали влияния взгляды E. Bleuler (1911), который полагал, что в «типичных случаях невроза навязчивости трудно отказаться от мысли о шизофрении, симптоматика которой поглощается, впитывается навязчивостями». Он подчеркивал, что значительная часть неблагоприятно протекающих форм навязчивых состояний несомненно относится к шизофрении. Отметим, что большинство психиатров включавших навязчивые состояния в клиническую картину шизофренией , были приверженцами существования «мягких» (Кронфельд А.С.), «вялых» или «стертых» (Wizel A., 1926) форм этой патологии, являлись сторонниками расширения и стирания ее границ, например, с шизоидной психопатией, со всеми вытекающими отсюда отрицательными социальными последствиями.

    В то же время, исследование вялотекущих вариантов течения шизофрении позволило более пристально посмотреть на навязчивости при этом заболевании.

    К подобной мысли, многих психиатров, приводило сопоставление данных касающихся генетики и клинических проявлений этих психических расстройств, а также терапевтическая стойкость навязчивых состояний.

    Действительно, многим психиатрам известны больные, которые годами остаются как бы между шизофренией и обсессивно-компульсивным расстройством, причем внимательный врач нередко обнаружит в подобных случаях наследственную отягощенность шизофренией.

    Известные отечественные и зарубежные психиатры как Д.С. Озерецковский, С.И. Консторум , Ю.В. Каннабих , K. Schneider (последний автор считал неправомочным отнесение навязчивых состояний, наблюдающихся у больных шизофренией, к процессуальной симптоматике) достаточно часто приводили клинические случаи шизофрении с симптомами навязчивых состояний. А некоторые психиатры искали аналогию симптомов кататонии, особенно ее двигательных проявлений со стереотипиями навязчивых состояний, при этом однако, подчеркивая, что при кататонии, в отличии от настоящих навязчивых движений, больные не осознают стереотипии как нечто чуждое их сознанию (Сербский В.П., 1890).

    В первой половине ХХ века, ряд германских психиатров придерживался точки зрения, согласно которой следует выделять особый психоз (psychosis ideoobsessiva) — «прогредиентный психоз навязчивостей».

    В некоторых случаях даже длительное наблюдение за динамикой навязчивых состояний не может помочь отнести их к проявлениям шизофрении или симптомам невротических или личностных расстройств. Однако, следует помнить, что навязчивости при шизофрении всегда занимают как-бы подчиненное положение по отношению к другим симптомам эндогенного процесса.

    Для более точной дифференциальной диагностики обсессивно-фобического расстройства и шизофрении важно наблюдать навязчивые состояния в динамике. В последнем случае, по мере течения болезни нарастают когнитивные нарушения (расстройство логической связи мышления) и негативная симптоматика.

    Вероятно, в большинстве случаев наличие навязчивых состояний на начальном этапе течения шизофрении не является предиктором раннего возникновения отчетливых когнитивных нарушений, которые обнаруживаются здесь чаще сравнительно поздно, обычно лишь через несколько лет их существования. В то же время известны случаи, хотя и редкие, возникновения навязчивых состояний даже после появления симптомов явных когнитивных нарушений.

    Конечно, совершенно недопустимо ставить диагноз шизофрении на основе наличия только продуктивной симптоматики, особенно, если речь идет о навязчивых состояниях, как это делал, например, отечественный психиатр Л.М. Розенштей (1935). Даже если навязчивости отличаются нелепостью и вычурностью они не говорят о наличии шизофрении без негативной симптоматики и типичных признаков нейрокогнитивного дефицита. Правильнее говорить о типичных, но никак не о специфических для шизофрении навязчивостях, которые играют не отнюдь не ведущую роль при постановке диагноза этого психического расстройства (Озерецковский Д.С., 1950).

    Навязчивое мудрствование, фобии, касающиеся боязни совершения агрессии отношения к близким здесь могут перерастать в отчетливые процессуальные симптомы.

    Навязчивые состояния при шизофрении

    1. Внезапны, быстро формируются и «немотивированны» в плане своего возникновения
    2. Стереотипны, инертны и монотонны
    3. Нелепы и вычурны (особенно ритуалы)
    4. Наполнены символикой
    5. Невыразительны, сопровождаются нарастающими признаками «тусклого аффекта»
    6. Сочетаются с резонерством
    7. По содержанию склонны к числовым системам и геометрическим построениям
    8. Близки к автоматизмам (постепенная замена ритуалов автоматизмами)
    9. Не вызывают сопротивления
    10. Прогредиентны
    11. Устойчивы к терапии (негативное отношение к рекомендациям)

    В случае шизофрении навязчивые состояния чаще проявляют себя в виде фобий, особенно загрязнения и заражения. Обычно они несут на себе печать стереотипности, проявляющей себя в монотонности клинической картины и быстром присоединении ритуалов. Напротив, кардиофобии, с яркими проявлениями вегетативной симптоматики и паническими атаками, навязчивые вестибулярные фобии не типичны для шизофрении.

    Фобии при шизофрении возникают как бы без видимой причины и отчасти психологически непонятны. Следует иметь ввиду, что патологический процесс при шизофрении может актуализировать преморбидные и, в частности, тревожно-мнительные черты характера. В этом случае увеличивается вероятность появлений сначала простых фобий, которые в дальнейшем становятся более полиморфными, в то время, как имевшиеся в прошлом простые фобии начинают исчезать.

    Пациенты, особенно дети, могут бояться самых обыкновенных предметов: шума падающей воды, лампы, деревьев, ветра и пр. Иногда больные одушевляют те предметы, которые вызывают у них страх, начинают классифицировать их, как бы определяя градации выраженности фобии.

    По данным М.Ш. Вроно (1971) у детей страхи при подостром начале шизофрении носят выраженный характер навязчивых опасений (фобий). Здесь чаще возникают навязчивые страхи темноты, одиночества, болезни, смерти. Из других навязчивых состояний заслуживают внимания двигательные ритуалы по типу «защитных» действий, связанных с опасениями за себя и своих близких.

    Для дифференциальной диагностики большое значение имеет отношение больного к навязчивостям, характер и выраженность борьбы с ними. Впрочем, даже при шизофрении многие больные с навязчивыми состояниями сохраняют по отношению к ним как бы парциальную критичность, считая их чуждыми сознанию и не наделяя признаком объективного принуждения.

    Интересно, но сравнительно, малоизучено соотношение навязчивых состояний и явлений деперсонализации и дереализации при шизофрении, для многих больных с невротическими расстройствами последние феномены ошибочно определяются как доказательства существования у них шизофрении. При шизофрении можно иногда наблюдать как на высоте деперсонализации появляются навязчивости, чаще всего в форме сомнений. Некоторая вычурность в пересечении навязчивостей и деперсонализаций, раннее присоединение последней более характерна для шизофрении и может служить дополнительным дифференциально-диагностическим критерием. Противопоставление навязчивых состояний всей личности у больного шизофренией может быть очень красочным, проявляясь выраженной деперсонализацией. В этих случаях больной говорит о раздвоении своей личности, причем навязчивые состояния принадлежат ее больной часте, с которой здоровая половина ведет ожесточенную борьбу.

    P. Janet (1911) в свое время писал, что деперсонализация может способствовать появлению навязчивых состояний, а по мнению Д.С. Озерецковского (1936), типичные для шизофрении навязчивости переживаются больными в качестве состояний, относящихся к проявлениям частичной деперсонализации и в какой-то мере свидетельствуют об их связи с «дезинтеграцией психосензорных функций».

    При обсессивно-компульсивном расстройстве пациент тяжело переживает состояние навязчивости, демонстрирует выраженную эмоциональную реакцию, а при шизофрении, напротив, больной значительно в меньшей степени переживает по поводу навязчивостей и ритуалов. По мере течения шизофрении многие из первоначальных навязчивых явлений постепенно исчезают, ритуал затягивается и связывается с какой-то числовой системой.

    По мере течения шизофрении ритуалы занимают в жизни больного все больший отрезок времени и заметно доминируют в клинической картине навязчивых состояний, на фоне постепенно теряющих свою выраженность фобий. Стремление следовать определенным ритуалам переживается при шизофрении как пустое занятие, с признанием их нелепости и чуждости, однако, при этом рельефнее становится та принудительная и практически непреодолимая сила, которая заставляет совершать ритуалы. Ритуалы при шизофрении как бы постепенно отрываются от предшествующих им навязчивых мыслей и фобий, становятся все более бессмысленными. Однако, защитные действия у больных шизофренией могут быть достаточно сложными и излишне «интеллектуализированными» и во многом определять психическую жизнь последних.

    В дальнейшем, навязчивости становятся однообразными, моносимптоматичными, без перехода одной навязчивости в другую, а в клинической картине заболевания преобладают аутизм, манерность, эмоциональная сглаженность, различного вида нарушения мышления (Наджаров Р.А., 1988).

    При шизофрении навязчивости также отличаются нелепостью, символизмом, что, вероятно, отражает специфику особенностей шизофрении при этом заболевании. Печать аутизма и чудаковатости отличает навязчивые состояния при шизофрении. В то же время, следует предостеречь психиатров о преувеличении момента бессмысленности и особой символики в навязчивых переживаниях больных шизофренией.

    Если навязчивые состояния заметно ограничивают трудоспособность больных, занимая большое количество времени следует подозревать наличие шизофрении.

    Некоторые авторы отмечали при шизофрении «математическое» содержание навязчивостей, типа навязчивого счета. Предполагалось, что чем математически сложнее навязчивый ритуал, чем отвлеченно-абстрактнее содержание навязчивых действий, тем более данных за диагноз шизофрении (Фрумкин Я.П., 1950).

    Галлюцинаторные и бредовые синдромы при шизофрении обнаруживают достаточно тесную связь с содержанием навязчивых состояний, в частности навязчивых фобий.

    Навязчивые мысли могут напоминать убеждения при бреде, формирующемся при шизофрении, а по мнению многих отечественных психиатров и перерастать в бред, точнее чаще в отдельные и, реже в систематизированные бредовые идеи.

    Возможность перехода навязчивых идей в бредовые, чаще всего ипохондрического или персекуторного (бред преследования, отравления и пр.) характера, отмечали многие авторы и , в частности, В.П. Осипов (1923). Однако, некоторые французские психиатры начала ХХ века писали о случайном сочетании невроза навязчивых состояний с параноидной формой шизофрении.

    Интересно отметить, что у ряда больных шизофренией с навязчивыми состояниями при появлении бреда, навязчивости могут исчезать. В других случаях бред настолько захватывает пациентов, что отношение к навязчивостям становится индифферентым.

    В процессе трансформации навязчивых идей в бредовые, чуждость содержания навязчивой мысли, сменяется чуждостью мысли уже по отношению к личности больного, в дальнейшем постепенно исчезает и критика к бредовой идее и внутренняя борьба с ней. Бредовые и «аутохтонные идеи» в отличии от навязчивых идей при шизофрении не оцениваются больными как чуждые, не имеющие отношения к личности больного, хотя здесь возможны и переходы одних идей в другие.

    Больной шизофренией обнаруживает причину возникновения «навязчивых» состояний в изменении по отношению к нему окружающего, в бредовом влиянии» (Фрумкин Я.П., 1950).

    Интересен вопрос о соотношении навязчивых состояний с расстройствами восприятия и, в частности, с галлюцинациями. В.Н. Образцов (1905) в своей статье «К казуистике навязчивых представлений осложненных обманами чувств» писал о сближении отдельных навязчивых состояний с псевдогаллюцинациями В.Х. Кандинского. Известно, что при сочетании тяжелой депрессии с бредом и / или слуховыми галлюцинациями, «голоса», сообщают что-либо плохое и неприятное, причем иногда — это «озвученные», «ставшие громкими» навязчивые идеи с контрастным настроению содержанием.

    Навязчивые галлюцинации при шизофрении могут нести на себе «печать шизофренического расщепления» и с ьечением времени постепенно утрачивать свой «навязчивый» характер одноквременно с угасанием живости эмоциональной реакции больных шизофренией.

    Навязчивый характер галлюцинаций может сохраняться при шизофрении достаточно долго и занимать как бы автономное положение. «При этом навязчивость заключается не в однообразно-стереотипном повторении („навязчивом повторении“) одного и того же содержания галлюцинаторных образов, а в отношении больного к галлюцинаторному симптому, как к навязчивому состоянию. Однако, отношение больного к . „навязчивым“ галлюцинациям не является истинно критическим, и больной относится к „навязчивому“ галлюцинаторному симптому, как к чуждому, возникшему самостоятельно, не только мимовольно, но и не принадлежащему» ему самому» (Фрумкин Я.П., 1950).

    Являются ли навязчивости при шизофрении одним из проявлений автоматизмов? Ведь, известно, что чем больше навязчивости «автоматизируются», тем менее они становятся психологически понятными, приобретают устойчивость к психотерапевтическому воздействию. По мнению некоторых исследователей, переживание чуждости навязчивых состояний уже сближает последние к психическому автоматизму.

    «Первоначальная мысль о заражении грязной водой из стакана вызывает соответствующие навязчивые воспоминания, которые продолжают оставаться в течении длительного времени и после того, как страх заражения сам по себе уже давно исчез», становятся чем-то автоматическим (Озерецковский Д.С., 1950). Сами больные шизофренией говорят, что несмотря на очевидную нелепость, навязчивости обладают большой силой принуждения для сознания, что они они должны поступать именно так, как это вытекает из сути навязчивых состояний (Ермилова З.В., 1937).

    Д.С. Озерецковский (1950) полагал, что в очень редких случаях в связи с углублением основного болезненного процесса навязчивые идеи могут переходить в так называемые «аутохтонные». В этих случаях они получают в переживаниях больного характер воздействия извне, иными словами признак объективного принуждения, и относятся уже к группе психопатологических явлений, объединяемых в рамках синдрома В. Х. Кандинского.

    Вероятно, наиболее быстро переходят в автоматизмы затяжные и стойкие ритуалы.

    Некоторые авторы полагают, что большинство навязчивых состояний при шизофрении следует относить к психическим автоматизмам, однако, мы не придерживаемся подобной точки зрения, во-первых , потому, что понятие «автоматизм» представляется достаточно расплывчатым, а во-вторых — вследствие того, что они имеют достаточно субъективные харакетристики. Одни больные считают их чуждыми своему сознанию, другие расценивают как субъективное принуждение. Синдром же Кандинского, в большей степени характеризуется «обективным автоматизмом».

    Некоторые больные шизофренией обнаруживают как бы автоматическую наклонность к повторению навязчивых действий, а затем к переходу последних в двигательные стереотипии. При этом фобии могут быть оторваны от навязчивых действий, не являться их продолжением и даже совсем отсутствовать. Кроме того, при шизофрении отсутствует переживание неполноты, незаконченности навязчивого действия, столь типичное для ананкастных пациентов, что лишний раз свидетельствует об автоматически-автономном характере навязчивостей при шизофрении и их тесную связь с галлюцинациями. Иными словами больной шизофренией расценивает эти действия не как «навязчивые», а как «навязанные» извне.

    Н.Д. Лакосина и А.В. Павличенко (2007), изучая рекуррентные обсессивно-фобические расстройства при шизофрении, отметили, что основной особенностью этого варианта навязчивостей является возможность наличие у одного и того же больного различных видов приступов: аффективно-бредовых, аффективных и аффективно-обсессивных.

    В период между приступами могут встречаться глубокие ремиссии с полным исчезновением навязчивостей и отсутствием выраженных негативных расстройств.

    Наибольшие диагностические трудности возникает тогда, когда в структуре первого приступа уже начинают доминировать навязчивые состояния (контрастные обсессии, гепатитофобии, СПИДофобии), возникающие в условно-патогенной ситуации.

    В современной литературе появились сообщения о способности некоторых антипсихотиков провоцировать появление навязчивых состояний.

    Клиническое значение навязчивых состояний при шизофрении можно рассматривать в двух аспектах: навязчивые состояния в рамках продромальной фазы заболевания и навязчивые состояния как предиктор течения шизофрении. Еще Rosen (1957) отмечал, что в продромальной фазе шизофрении часто возникают навязчивые состояния. По его мнению навязчивые мысли способны перейти в бред, который развертывается в рамках психотического эпизода. Около 30 пациентов Rosen из почти 800 больных шизофренией, проходивших лечение в больнице Модсли, указали на наличие в дебюте заболевания навязчивых состояний. С другой стороны Rabe-Jablonska (2001), как и многие другие современные психиатры, напротив, говорят о минимальном риске возникновения шизофрении при наличие в клинической картине навязчивых состояний. По данным этого исследователя лишь 2% больных шизофренией сообщают об этих психопатологических феноменах.

    В литературе нет единой точки зрения о влиянии навязчивых состояний на особенности течения шизофрении. Большинство исследователей считает, что при включении в клиническую картину шизофрении навязчивостей течение заболевания в общем становится менее благоприятным, в большей степени проявляется социально-трудовая дезадаптация больных, более выражена негативная симптоматика, чаще наблюдаются в процессе лечения экстрапирамидные нарушения.

    Небольшое число авторов, напротив, утверждает, что обсессивно-компульсивные симптомы как бы защищают больного шизофренией от прогредиентности патологического процесса.

    Фобии при шизофрении, по мнению Д.А. Чугунова (2010), носят скорее сверхценный (бредоподобный уровень), чем навязчивый характер. Они отличаются яркостью и интенсивностью, обычно возникают внезапно, сопровождаясь выраженными нарушениями поведения, психомоторным возбуждением, отказом от еды. Доминирует страх сойти с ума, суицидофобия, гомицидофобия и фобии ипохондрического содержания, в частности кардиофобия и спидофобия. Кроме того, отмечается агорафобия с высокой степенью избегания вплоть до панагорафобии, массивные транспортные фобии, оксифобия. Панические атаки в дальнейшем замещаются соматоформной симптоматикой. Боязнь утраты контроля за своим состоянием , совершить опасные для жизни поступки, в отдельных случаях приводит к недобровольной госпитализации пациентов.

    www.minutkoclinic.com

    Для человека характерно индивидуальное восприятие действительности. Сильно искаженное представление о реальности, которое нельзя объяснить ни опытом, ни законами логики, называется манией.

    Большинство психических расстройств характеризуется навязчивыми мыслями. Расстройства мыслей многообразны. К ним относятся делюзии (искажение и отрицание действительности), страхи, обсессивно-компульсивные расстройства (навязчивые мысли и действия), мании (паранойя). Действительность в сознании человека, страдающего манией, может быть искажена до неузнаваемости. Например, человек, опасающийся отравления, нигде не пьет и не ест. Кому-то кажется, что его преследует служба безопасности. Самая распространенная форма паранойи — мания преследования. Человек, страдающий такой манией, уверен в том, что за ним кто-то следит или ему угрожает. Формы мании преследования многообразны. У некоторых пациентов маниакальные идеи возникают только иногда, в остальное время их мысли и действия вполне нормальны. У других больных имеются более серьезные проблемы. Уверенность в том, что их кто-то преследует, становится важной частью их жизни. Больные этой формой паранойи не считают себя нездоровыми.

    • Мысли о том, что кто-то постоянно преследует и угрожает.
    • Недоверие.
    • Ревность.
    • Замкнутость и самоизоляция.
    • Приступы агрессии.
    • Чрезмерная подозрительность может проявиться и у здоровых людей. Однако при наличии мании подозрительность достигает такой степени, что нарушает адаптацию человека. Зачастую мания преследования является сопутствующим симптомом шизофрении. Но она может наблюдаться и при злоупотреблении алкоголем или лекарствами.

      Если мания вызвана алкоголем или лекарствами, нужно как можно скорее от них отказаться. Если причиной бредовых идей является шизофрения, то в этом случае лечат и манию, и основное заболевание. Для улучшения состояния пациента обычно назначают психотропные лекарства. Если мания преследования проявляется в острой форме, то иногда применяют электрошок. При успешном медикаментозном лечении пациенту назначают различные реабилитационные процедуры.

      Люди, страдающие паранойей, не осознают своей болезни и отрицают любые доказательства ее наличия. Поэтому сами они практически никогда не обращаются к врачу. Уговорить их обратиться за медицинской помощью могут только близкие и друзья.

      Врач обследует пациента, терпеливо с ним поговорит. Если пациент страдает легкой формой мании, ему назначат психотропные лекарства. Врач может применить и семейную терапию, в которой принимают участие члены семьи пациента. В тяжелых случаях пациента направляют в психиатрическую клинику, особенно, если предполагается, что он может нанести вред себе или окружающим.

      Важен регулярный прием лекарств, иначе болезнь может иметь рецидивы.

      Мания преследования — это хроническое психическое заболевание, которое протекает по-разному. Болезнь склонна к рецидивам. Обычно бредовые идеи ощущения преследования удается контролировать при помощи медикаментозного лечения.

      При тяжелом течении болезни (например, если она сопровождается приступами агрессии) больной может представлять опасность, как для самого себя, так и для окружающих.

      Если Вы подозреваете, что кто-нибудь из окружающих страдает психическим заболеванием, попытайтесь уговорить его обратиться к врачу. Дело в том, что параноик не осознает своей болезни, поэтому сам никогда не станет искать помощи.

      www.doktorland.ru

      Мания величия. Болезнь «мания величия» (шизофрения). Признаки мании величия

      В мире существует огромное количество различных заболеваний. Однако на сегодня еще совсем малоизученными являются болезни психики, различные психические расстройства и отклонения. В данной статье хочется рассказать именно о том, что такое мания величия.

      Стараясь определиться с понятием, можно столкнуться с множеством проблем. Ведь современный человек данным словосочетанием – «мания величия» – в быту пользуется довольно-таки часто. Оно может применяться к начальникам, людям шоу-бизнеса и иным личностям, поведение которых вызывает негодование у окружающих. Но помимо обыденного его использования, такое словосочетание существует также в медицине. И имеет совершенно четкое обозначение.

      Итак, на первых порах стоит разобраться в самом понятии. Что же такое мания величия? Если рассматривать этимологию слова, то в переводе с греческого языка это «слишком большой», «преувеличенный». Уже только после этого можно для себя сделать определенные выводы.

      Если же четко следовать медицинскому словарю, то там сказано, что мания величия – это такая разновидность поведения, сознания человека, когда тот слишком преувеличивает свое значение, умственные способности, таланты, важность и могущество. Что касается науки, то данным расстройством занимается раздел патологии психики, который чаще всего определяет данное состояние как составляющую паранойи или симптом маниакального синдрома.

      Откуда берется заболевание

      Следует также рассмотреть причины. Когда же может возникать мания величия? Она рискует проявиться, если у человека прогрессивный паралич (или болезнь Бейля), а также сифилис мозга. Данные заболевания имеют несколько стадий: от возникновения до развития болезни (от общей слабости организма до полного полоумия или даже безумия).

      Мания величия же – это симптом, который может как проявиться, так и остаться незамеченным. Особенно это касается сифилиса. Тут данное расстройство проявляется в том случае, если заболевание не дает о себе знать в течение нескольких лет вследствие того, что протекает в особой, более легкой форме (однако это случается всего лишь у 5% больных). Интересным является тот факт, что данное состояние мозга может возникать и при аффективном психозе, когда у человека начинают резко появляться новые идеи, обнаруживается крайне болезненное реагирование на различные внешние раздражители, может возникать излишняя красноречивость.

      Несколько слов о шизофрении

      Довольно часто данное расстройство является симптомом такого заболевания, как параноидная шизофрения. Мания величия в такой ситуации является своеобразной навязчивой идеей. В качестве лакмусовой бумажки в данной ситуации выступает чрезмерное себялюбие и превозношение собственного «Я». Чаще всего человека преследует данное расстройство психики именно в моменты галлюцинаций или бредового состояния. Тогда-то больной и ощущает себя крайне важной личностью.

      Наиболее частые случаи

      Однако чаще обычного, помимо вышеописанных вариантов, такое расстройство психики может возникать в результате сильного неудовлетворения человека собственной персоной. Раздражителем может быть внешность, отсутствие образования или неудовлетворительное место работы, а также много других моментов. В такой ситуации человек пытается сам исправить ситуацию при помощи доступных ему методов: пойти учиться, сменить работу и улучшить внешность. Однако все это уже будет сопровождаться неким переоцениванием собственной значимости и слишком резким превозношением того, что еще недавно было недостатком.

      В таком случае стоит отметить, что мания величия трудноразличима, ее практически невозможно идентифицировать, если не обратиться за врачебной помощью (что происходит крайне редко). Но и после определения данное расстройство (если говорить только о его наличии) не считается каким-то особым, которое заслуживает большого внимания в разделе психических отклонений.

      Рассматривая данное расстройство психики, важно также узнать, какие существуют признаки мании величия. Как уже было сказано, это состояние разума трудноразличимо. Однако маячками к его определению могут стать следующие симптомы: плохое настроение, остроты, которыми больной забрасывает окружающих.

      Чтобы определиться с данным расстройством на первых порах его возникновения, необходимо довольно много времени. Для этого понадобится несколько тестов, а также наблюдение у специалиста, который и сделает через определенное время нужные выводы. Чаще всего данное отклонение проявляется при помощи резкой смены настроения, а также если человек практически всегда находится в тревожном состоянии.

      Для пациентов характерными могут быть также следующие симптомы: болтливость, повышенная активность и даже сексуальная озабоченность. При этом у таких людей ярко выражена концентрация на своих идеях и позитивных сторонах. Они полностью отвергают и даже не интересуются чужим мнением на свой счет. Стоит также отметить, что при таком расстройстве психики у человека может возникать агрессия. Направляется она в основном на близких людей. Больной становится тираном дома, не стесняясь рукоприкладства и иного проявления своей «важности».

      Какое лечение может получить человек с манией величия? Избавиться от данного расстройства психики самостоятельно не получится, для этого нужна будет помощь специалиста. Для этого человек должен обратиться за помощью к психологу, который в некоторых случаях может перенаправить на лечение к другому доктору – психиатру.

      Стоит отметить, что справиться с данным расстройством можно, если тщательно соблюдать все рекомендации лечащего врача и вовремя проходить все сеансы. В такой ситуации медикаментозное лечение просто не потребуется, также не нужно будет определять пациента в стационар. Однако если мания величия – это часть более сложного заболевания, могут быть назначены нейролептики или препараты лития. Также пациента, скорее всего, поместят в стационар, где он будет получать комплексное лечение не только мании величия, но и заболевания, которое привело к появлению данного расстройства.

      fb.ru

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    Navigation