Статистика больных шизофренией

Шизофреники и их рисунки

Изобразительное творчество — один из самых ранних и древних видов искусства, способов самовыражения человека. Живопись помогает нам проникнуть в мир мыслей, чувств и образов личности художника. Поэтому возможности рисунка используются врачами при работе с больными шизофренией и другими душевными болезнями.

Возможна ли диагностика шизофрении с помощью живописи?

Шизофрения – сложное и до сих пор малоизученное заболевание. Медикам необходимо много времени, чтобы правильно его диагностировать, для этого собирается большой объем информации о больном. И конечно, определить такое заболевание только по рисункам нельзя.

Однако они могут послужить отправной точкой, сигналом для близких людей обратить внимание на развивающуюся душевную болезнь ребенка, родственника или друга.

Особенно к творчеству нужно присмотреться внимательно, если человек демонстрирует другие признаки нарушений психики: склонен к депрессиям, уходу в себя, одержим бредовыми идеями, сообщает о странных явлениях, которые не существуют в реальности (галлюцинации) и т. д. Рисунки больных шизофренией людей обычно имеют ряд отличий и характерных особенностей.

Ни в коем случае нельзя заниматься самодиагностикой и тем более закрывать глаза на признаки душевного расстройства у вашего близкого человека. Помните, что сами они воспринимают проявления болезни просто как особенности личности, и зачастую только близкие люди могут убедить их обратиться к врачу.

Когда недуг точно установлен, именно рисунок часто помогает психиатрам отследить динамику развития патологии, внутреннее состояние пациента, особенно когда он недоступен для продуктивного контакта. Картины шизофреников с описанием истории болезни автора обычно есть в любом пособии по психиатрии.

Чем отличаются рисунки душевнобольных и здоровых людей

Живопись душевнобольного – это отображение его психического состояния на текущий момент, «слепок» его сложного мира бредовых идей, галлюцинаций, попытка осознания себя и своего места в мире.

Психиатры выделяют характерные именно для шизофреников черты и особенности, четко видные в их изобразительном творчестве. У врачей даже существует классификация картин психически больных по основным признакам:

  1. С проявлением стереотипии.
  2. С расщеплением, разрывом ассоциативных связей.
  3. С невыявленными (невыясненными) формами.
  4. Символические.

Стереотипия в рисунке

Больные шизофренией в течение очень длительного промежутка времени могут рисовать одни и те же фигуры, контуры, предметы, символы или знаки. Каждый раз получается некий стереотипный набросок. Это проявляется также в одинаковой манере исполнения и цветовой гамме.

В период обострения психотических симптомов стереотипность рисунков пациента обычно возрастает, но вновь становится более слабовыраженной в периоды ремиссии. Например, пациентка, поглощенная идеей своих взаимоотношений с мужчинами, часто изображала людей и фаллические символы в виде гор, столбов, иных вытянутых предметов. Повторяемость сюжета прослеживалась из работы в работу.

Тематика картинок будет отражать ту самую сокровенную и больную проблему взаимоотношений с миром: конфликты с людьми, галлюцинаторные видения, бредовые идеи.

В отличие от здорового человека, увлеченно рисующего в одном жанре – например, портреты, пейзажи, морскую тематику и т. д. – рисунки шизофреников обязательно будут демонстрировать и другие яркие черты, характерные для живописи именно душевнобольных людей.

Рисунки с разрывом ассоциативных связей, расщеплением

Эффект расщепления, разрыва ярко проявляется в специфической фрагментарности художественного творчества больных шизофренией. Части тела или другого объекта изображаются отдельно друг от друга, могут разделяться линиями или даже предметами.

Здоровые дети рисуют всю кошку целиком, ребенок-шизофреник может изобразить ее отдельные «части» либо в разных углах листа, либо даже на отдельных страницах. Изображая дом, шизофреник рисует крышу, фасад и окна отдельными, не связанными друг с другом частями и т. д.

Как вариант, отдельный фрагмент или любая малозначимая деталь будет главным объектом изображения, что также не характерно для творчества психически уравновешенных людей. Например, больной, отображая себя, рисует одну-единственную загогулину-морщину на лбу («это мои мысли», «это я – печальный»).

Рисунки с невыясненными (невыявленными) формами

Так называют изобразительные работы, состоящие из разнообразных деталей, не связанных между собой. Эти изображения незакончены, объекты на них неясно очерчены, преобладают штрихи неопределенной формы. Например, животные, нарисованные шизофрениками, будут иметь странный вид и форму, которые не встречаются в реальной жизни. Также они видят предметы, людей, события.

Символические рисунки

В символических набросках свои мысли, чувства больные проявляют не прямо, а образами – символами, понять которые можно лишь с помощью самого пациента. Изображения словно зашифровываются душевнобольными, и шифр этот не только неясен окружающим, но зачастую непонятен и самому художнику.

Одновременно для картин шизофреников свойственны:

  • орнаментализм, частое использование симметричных образов;
  • отсутствие логики, сочетание несовместимого;
  • незаконченность, отсутствие целостности композиции;
  • отсутствие пустых мест;
  • рисовка штрихом;
  • неподвижность образов (отсутствует движение);
  • слишком тщательная прорисовка самых мелких деталей.
  • Обратите внимание! В сравнении с живописью здоровых людей, творчество шизофреников наглядно демонстрирует картину душевной скомканности, разорванности, расщепления сознания, свойственных патологии. Особенно это будет заметно в процессе ухудшения психического состояния. Творчество здорового человека будет отличать, наоборот, целостность композиции, связанность и логичность деталей, разнообразие цветовой гаммы.

    Больше работ людей, больных шизофренией, можно посмотреть в видеоматериале:

    Картины знаменитых шизофреников

    Безусловно, для самого человека болезнь разума – тяжкое испытание. Однако, существует довольно распространенное мнение, что талант и психическая болезнь часто идут рука об руку. Нетривиальный взгляд на жизнь через призму, казалось бы, дефекта сознания подарил миру картины художников-шизофреников, признаваемых гениальными. Считается, что этим недугом страдали Винсент Ван Гог, Михаил Врубель, Сальвадор Дали.

    С точки зрения отображения развития болезни, в творчестве особый интерес представляют работы английского художника Луиса Уэйна (1860–1939). Всю свою жизнь Уэйн рисовал исключительно кошек, которые были абсолютно очеловечены в его живописи.

    Художник создал целый кошачий мир. Они передвигаются на задних лапах, носят одежду, создают семьи, живут в человеческих домах. Его работы были очень популярны уже при его жизни. Забавные «кошачьи» картинки печатались, в основном, на открытках, которые хорошо раскупались.

    Луис Уэйн страдал от шизофрении, которая не сильно затронула его первые работы. Но в последние годы жизни болезнь все больше овладевала им, и он даже был помещен в психиатрическую лечебницу.

    Сюжет его картин остался неизменным – кошки, но вот сами картины постепенно утрачивают композицию, связанность, богатство смыслов. Все это вытесняет орнаментализм, сложные абстрактные узоры – черты, отличающие картины шизофреников.

    Работы Луиса Уэйна часто публикуют в учебниках по психиатрии как раз в качестве яркого примера изменения живописи под влиянием развития болезни сознания.

    Изобразительное наследие гениев, больных шизофренией, бесценно. Однако, вопреки распространенному мнению о массовой гениальности шизофреников, стоит отметить, что возможный всплеск творческого потенциала приходится на первые, щадящие этапы болезни. Впоследствии, особенно после приступа психоза и под влиянием деградации психики, человек нередко теряет способность к продуктивному творчеству.

    psihodoc.ru

    Ремиссия при шизофрении

    Шизофрения — это непредсказуемое расстройство психики. Выражение его непредсказуемость врачи и учёные умудрились описать. Количество вариантов конечно. Может пациент с годами станет параноиком с устойчивым дефектом психики, может быть вообще исцелится, но в век постмодернизма чего-то совсем уж оригинального с ним не случится. С начала 20-го века, когда и появилось это понятие, учёные описали уже все варианты патогенеза. Времени было достаточно. Однако это не отрицает того, что заболевание протекает по индивидуальным законам. Народная фраза «каждый с ума сходит по-своему» во многом верна. Эта индивидуальность выражается в том, что у каждого имеются свои жизненные ситуации, а синдромы имеют свойство сочетаться.

    Случаи, когда поток расстройства длится постоянно, достаточно редки. В тоже время ремиссия при волнообразном течении понятие достаточно условное. В подавляющем большинстве случаев её качество с годами снижается. В «светлые» промежутки больные сохраняют какие-то элементы острых форм в сниженном, остаточном варианте. Но этой остатоточности остановится всё больше. Ответить на вопрос о том, сколько длится лечение шизофрении в больнице достаточно просто — месяц или чуть меньше. Причина достаточно проста… За это время активное использование нейролептиков успевает купировать основные симптомы. Полноценным излечением это назвать невозможно, но это не означает, что врачи выписывают не долеченных больных. Никто и никогда не укажет на вылеченных полностью. Поэтому критерий выздоровления — это снижение негативности симптоматики.

    Шизофрения: ремиссия в своей реальности

    Один психиатр рассказывал вот про какой случай. Больного выписали, а он вернулся тут же в больницу. Причина очень проста. Он поехал домой на автобусе и его трясло — дороги у нас плохие. Ему показалось, что «мозга сотряслись», и он в испуге вернулся, чтобы ему их «вправили» назад. Разумеется, это субъективная человеческая оценка ситуации самим пациентом и приводится лишь в качестве иллюстрации того состояния, которое пригодно для выписки и отправления пациента под наблюдение по месту жительства. Он же не убежал в лес от того, что инопланетяне протрясли его мозг. Он всё понял и вернулся туда, где ему могли помочь.

    Ремиссия при шизофрении — это снижение, но не выздоровление. Её течение непредсказуемо даже при осложняющих факторах. Есть сроки между одной госпитализацией и другой, но это не означает, что все больные в момент промежутка вдруг становятся здоровыми.

    Попробуйте провести эксперимент. Это совершенно не опасно, не волнуйтесь. Уберите из головы любые цели. Просто сидите на стуле или в кресле и смотрите в окно, не стену. Не медитируйте, не молитесь, не читайте. Посидите 10 минут просто так. А потом возьмите тетрадь и начинайте записывать все свои мысли. Трудно, конечно, но любопытно. Просто то, что приходит в голову. Продержались хоть 20 минут за таким занятием, а потом закройте тетрадь. Открывайте через день и читайте. Боже! Это форменный бред сумасшедшего. Какие-то обрывки ассоциаций. Автор этих строк ловит себя на том, что он одновременно думает про шизофрению, про этот сайт, про высокие цены, про боль в спине, про то удалась ли его жизнь, вспоминает женщин, с которыми он был близок, и приходит к выводу, что пора… Пойти и заварить чайку, положив тем конец этому безобразию.

    Если вам лень писать, то проговаривайте мысли и записывайте звук. Только потом сразу стирайте файлы, а то вдруг кто увидит. И тетрадку порвите… Никто же не будет вдаваться в тонкости наших экспериментов.

    И это у каждого так. Это не критерий наличия бредового расстройства, а особенность ума. Если поставить перед собой задачу решить квадратное уравнение, то какой-то процент сознания начнёт заниматься делом — выполнять поставленную задачу. Но далеко не факт, что и в ходе этого процесса мысли не будут «убегать» в сторону высоких цен, любовных отношений и подобного. В сознании шизофреника не происходит какого-то «сбоя» и ничто не «расщепляется» более, чем у других граждан. Имеющееся и так расщепление актуализируется и приобретает фантасмагорический характер. Нейролептики снижают реакцию психики на происходящее в сознании, но не меняют это сознание. Его изменить вообще невозможно. Может быть изменить получилось у Будды, каких-то других подвижников. Или не изменить сам ум, а создать для него другой комплекс функционирования.

    В связи со всем этим невозможно указать на последствия шизофрении. Если под нею иметь в виду эпизод, то он или продолжается, или активность негативных факторов снижается, или они исчезают вовсе. Может быть на три дня, может быть на семь лет, может быть навсегда. В классической схеме последствиями является фаза наличия стойкого и яркого шизоидного дефекта психики. Только не спрашивайте о том, что это такое, а то придётся рассказывать про паранойю, отличную от параноидной шизофрении.

    Цель психиатрии — достижение стойкой ремиссии, которая будет соответствовать факторам полного исцеления. Посмотрите на заголовки газет. Кого-то облили зелёнкой, где-то обстреляли автобус, потом запретили ряд СМИ и ресурсов в Интернете, голые женщины прошли маршем, молодой мужчина ловил в церкви покемонов, а потом ругался матом и выложил это в Интернете. Кто же это у нас здоровый? Где? Как только узнаете, что по телевизору будут показывать здоровых людей, то непременно оставьте комментарий под этой статьёй. Будем вместе заниматься психологической гигиеной, давать обществу положительную информацию. Цель достижима в таком же отношение, как достижимо просветление, слияние с Богом, построение гуманистического общества всеобщего счастья. На это можно только надеяться, в это нужно верить, может быть и мечтать об этом. Шизофреник, который мечтает о полном исцелении на правильном пути.

    Не нужно спрашивать и о том, какие последствия будут, если не лечить шизофрению. А кто вам сказал, что её нужно лечить? Вопрос стоит иначе: что будет, если не купировать симптомы? А кто мог бы это знать? Может само отпустит, может быть суицид, преступление, несчастный случай, а может быть ничего не будет. Если вы прочитаете где-то, что шизофренику обязательно нужна психиатрическая помощь в виде лечения, то знайте, что это написал человек очень далёкий от практики, теории, от всего, что относится к теме. Может субъект обходится своими силами — пусть обходится.

    Исключение составляет только его взаимоотношение с близкими людьми. Что делать, когда больной третирует членов своей семьи, выкидывает в окна вещи, бросается на людей, шумит или угрожает? Сам же он лечиться не желает. Тут можно вспомнить одну шутку…

  • Вы поступаете по закону или по справедливости?
  • По обстоятельствам.
  • Именно так и нужно поступать…

    Выкиньте из головы мифы:

  • в психушке ужасные условия;
  • психиатры издеваются над больными;
  • все санитары садисты;
  • больной от лечения станет «овощем».

Психиатрическая клиническая больница — это не санаторий и не пятизвёздочный отель, но в целом условия для жизни и лечения вполне пригодные. За всех сказать нельзя, часто санитарами становятся просто, потому что нет работы, но какие-то страсти возникли в основном из искусства и относятся к временам давно ушедшим в прошлое. Всё наоборот. «Овощем» можно назвать не только того, кто сидит и молчит всю жизнь, но и того, кто не ведает того, что творит. Из психушек-то люди выходят как раз тогда, когда уже ведают, всё понимают и к какой-то жизни в социуме готовы.

Правда, добиться госпитализации без воли больного крайне сложно. Придётся собрать массу подписей, побывать везде и всюду, побеседовать с чиновниками, полицией, соседями. Иначе нельзя, если бы людей просто так помещали бы в больницы, то нашлись бы и те, кто захотели бы отправить туда нежелательных для них персон.

Реабилитация больных шизофренией вполне возможна, но понимают под этим не то, что нужно. Мы привыкли судить так — вот тут больной, а тут выздоравливающий, а этот уже здоров. Применительно к подобным психическим расстройствам все эти термины нужно брать в кавычки. Какие-то больные могут целыми днями носиться по улицам. Им кажется, что есть масса важных и неотложных дел, или дел нет, но они всё куда-то идут, спешат. Большая же часть страдает аутизмом. Говорить про реабилитацию просто так смысла нет. Чего именно нужно добиться? Следует учитывать, что мы не можем точно определить, что повлечёт за собой активность или пассивность в каком-то конкретном случае. Иногда лучше не вмешиваться и предоставить каждого своей карме.

Аутизм может быть совершенно естественной формой самопомощи, а может превратиться в дополнительный фактор страданий. Здесь нужно исходить из самих желаний больного. Если он хочет, чтобы от него все отстали, то зачем к нему приставать с предложениями погулять? Другое дело, когда амбивалентность не даёт больному построить правильный поведенческий ряд, он стремится наладить свою жизнь, но у него не получается. Тут вот как раз и нужна помощь психотерапевта.

Шизофрения в стадии ремиссии — это ещё и постоянный приём нейролептиков. Нужно учитывать то, какой эффект вызывают они. Главное не ставить перед больным невыполнимых или слишком сложных задач. Сами больные и их окружение должны понимать, что определённые отклонения просто неизбежны. К примеру, не нужно ждать, что любимая жена будет готовить еду, убирать в квартире, заботиться о детях и проявлять свои эмоции так, как это было давным-давно. Что было, то прошло. Умейте приспосабливаться к тому, что есть, а не добиваться того, что вам бы хотелось.

Статистика и практика

Официальная статистика шизофрении в России не занижена, но реальных шизофреников у нас намного больше, чем стоящих на учёте у психиатров. Дело в том, что с момента перехода официальной диагностики на критерии МКБ 10, а это произошло в самом начале 21-го века, невозможно поставить диагноз «вялотекущая» шизофрения. Такого там просто нет. В годы же СССР он и был основным. Найти такую шизофрению, если хорошо поискать, можно чуть ли не у каждого. В результате психиатр в какой-то мере был своеобразным судьёй и мог «упечь» каждого.

Если бы сейчас вернулись те времена, а законодательство тогда позволяло насильственное помещение в больницы, то скорее всего в них оказалось бы более миллиона человек. Лечение без согласия возможно и сейчас, но для этого нужно, чтобы состояние гражданина отвечало следующим критериям:

  • представляет угрозу для общества, безопасности других людей;
  • представляет угрозу для себя;
  • доставлен в больницу в беспомощном состоянии.
  • Эти поправки в законодательство были внесены около пяти лет назад. Законопроект достаточно долго рассматривали в ГД РФ. Определить же всё это просто так, при визуальном осмотре и краткой беседе с предполагаемым пациентом, невозможно, поэтому разрешена краткосрочная госпитализация для наблюдения за возможно больным гражданином. Регламентируется это статьёй 302 ГПК РФ.

    Случай должен быть достаточно серьёзным. Если есть на то основания, то у врача-психиатра есть исключительное право на подачу заявления в суд. Если решение будет положительным, то он начнёт лечение на основании суда первой инстанции. Это может произойти, если больной дня через три обследования отказывается от лечения, а психиатр считает, что оно необходимо. Этим правом не наделены даже сотрудники прокуратуры. Закон требует, чтобы психиатр указал степень опасности или беспомощности и аргументировал это. К примеру, кидался на жену с топором и укусил фельдшера скорой помощи — это основание, а созерцание розовых слоников в состоянии бодрствования — нет.

    Шизофрения: статистика и социальные факторы

    Шизофрения в России стала достаточно большой социальной проблемой. С одной стороны жестоко и преступно оправлять людей на принудительное лечение по той причине, что они имеют странные идеи. С другой — шизофреник может никого и не кусать, не гоняться с топорами. Он может обращаться с заявлениями в суды, полицию, вызывать пожарных, ему могут мерещиться террористы с минами. Если он ранее не лечился, то иногда очень трудно отличить бдительного гражданина от больного. Представьте себя на месте человека на которого больной напишет заявление о том, что он наркоторговец и заявитель видел, как он продавали наркотики школьникам. Заявление будут рассматривать в обязательном порядке. А что случится дальше — сказать очень трудно. Обвинения-то, скорее всего, не возникнет, но стоить всё это будет труда и волнений, могут потребоваться и затраты на адвоката. Это всё реальность наших дней — не фантазии автора, а вполне себе примеры, которые имели место быть в действительности. А их всё больше и больше… Ещё в течение относительно благополучных 2010-13 годов число официально зарегистрированных случаев помутнения рассудка росло на 10-12% в год. И это вполне понятно. Реактивной шизофрении не бывает, но экономические трудности создают условия, когда психика постоянно переваривает негативную информацию, а уже это является провоцирующим «толчок» состоянием. Тот самый психический метаболизм, о котором писал ещё Антон Кемпинский и который он сравнивал с энергетическим. И даже смело использовал термин «психо-энергетический метаболизм».

    Это ещё одна трудность, которая затрудняет решение почти нерешаемых задач психиатрии. Шизофрения в России статистику имеет угрожающую, но причины ищут совсем не там, где они находятся. Говорят какие-то странные вещи про массированную атаку на психику со стороны СМИ и искусства. Кино вы забудете уже завтра, а про долг по ипотечному кредиту будете помнить до тех пор, пока не погасите. Общая статистика — это как средняя зарплата россиянина. Одни получают доход в миллионы, другие едва доскребают до 12 тыс., значит средняя у нас где-то в районе 2-ух тысяч долларов. Статистику нужно строить при анализе регионов, областей, районов, даже кварталов и сёл. Если взять карту нашей необъятной и отметить все проблемные места, а потом наложить на это места с наибольшим количеством зафиксированных случаев, то они совпадут. Проблемные — это те, где меньше уровень экономического развития, меньше уровень образования, труднее найти работу, выше социальный прессинг и где имеется вредное производство. При этом к понятию «вредность» нужно подходить широко. Один психиатр называл местную швейную фабрику фабрикой безумия. Ну он-то хорошо знал, что там больны 80% сотрудниц. Шум, монотонная работа, пыль, духота. Ничего полезного в этом нет.

    Реабилитация при шизофрении упирается в факторы, перед которыми медицина на 100% бессильна. От того, что на работе постоянные конфликты, сама она нудная и монотонная, не интересная, с ума не сходят. Но всё это провоцирует ситуацию, когда премьера происходит с большей вероятностью. Но куда же денется больной, которому дали третью рабочую группу, если он работник единственного в городе предприятия, с этой агрессивной средой? Туда он и вернётся…

    psycholekar.ru

    Можно ли больным шизофренией управлять транспортными средствами?

    Как ни странно, об этой проблеме написано сравнитель­но мало, хотя с ней постоянно сталкиваются и сами паци­енты, и члены их семей, и страховые компании. В работе, опубликованной в 1989 году, говорится, что, по сравнению с контрольной группой здоровых людей, где водят машину 99 процентов, среди амбулаторных психиатрических паци­ентов садятся за руль только 68 процентов. Те же пациенты,

    372_____________________________________ Глава 10

    кто все-таки водит машину, делают это намного реже, чем представители контрольной группы. Гораздо более важно то, что уровень аварийности среди больных шизофренией в расчете на милю примерно в два раза выше, чем у предста- вителей контрольной группы. Увеличение аварийности сре- ди больных шизофренией водителей было выявлено и в ходе более ранних исследований.

    Итак, можно ли больным шизофренией водить машину? Вождение машины подразумевает владение тремя основны- ми навыками: 1) планирование поездки и принятие реше- ния о выборе дороги с учетом транспортных потоков и уровня освещенности; 2) принятие тактических решений, связанных с опенкой дорожной ситуации и повышенной внимательностью, например при обгоне; 3) координация двигательной активности, когда, например, нужно резко затормозить. У больных шизофренией довольно редко воз- никают проблемы с координацией, хотя некоторая замед- ленность реакции может иметь место как следствие приема антипсихотических препаратов. Вместе с тем у некоторых больных явно нарушаются навыки, относящиеся к первой и второй группе, что с достаточной очевидностью проявляется у них в проблемах с планированием, концентрацией внима-ния и принятием решений в повседневной жизни.

    Короче говоря, большинство больных шизофренией вполне могут управлять транспортными средствами. Тем не менее этого не должны делать те из них, у кого явным образом нарушены способности к планированию и/или принятию обоснованных решений. Тем же пациентам, чья способность управлять машиной зависит от приема антипси­хотических средств, целесообразно выдавать права только на срок, пока они принимают назначенные им лекарства, так же, как это делается для больных эпилепсией.

    Как обеспечить безопасность больногошизофренией?

    Больные шизофренией становятся жертвами преступных посягательств намного чаще, чем это принято считать. Эта

    Вопросы, задаваемые больными и их близкими_____ 373

    проблема еще более усугубилась после выписки из клиник в процессе деинституализации многих хронически больных пациентов. При обследовании 114 больных шизофренией, проживавших в одном лос-анджелесском пансионате, за предшествующий год двадцать пять из них, то есть 22 процента, были ограблены, а тридцать четыре (30%) «под­вергались избиениям, нападениям или изнасилованиям». Среди тех больных, кто проживает в ночлежках или не имеет крыши над головой, число ограбленных и избитых еще больше. Когда больные шизофренией обращаются в полицию или пытаются добиться возмещения ущерба, им часто отказывают по причине неспособности внятно объяс­нить, что именно произошло, а также из-за недоверия к ним со стороны полицейских и убеждения, что при рассмотре­нии дела в суде от подобных свидетелей будет немного пользы. Большинство выписанных из клиник пациентов убеждаются в этом на своей шкуре очень скоро после вы­писки и вынуждены воспринимать нападения на себя как неотъемлемую часть жизни, если они хотят продолжать жить в обществе. Многие из них упоминают об этом как об основной причине их желания вернуться в клинику, в «убе­жище», где они чувствуют себя в большей безопасности.

    Для повышения безопасности больных шизофренией можно предпринять следующие меры. Самое важное — это не размещать пансионаты и другие заведения, где прожива­ют психически больные люди, в криминогенных зонах. Тем больным, кто проживает самостоятельно, следует частично возмещать стоимость квартирной платы, поскольку во мно­гих городах жилье, которое можно оплачивать на пособия по инвалидности и нетрудоспособности, находится только в зонах повышенной криминогенной опасности. Именно поэ­тому во многих маленьких городках уровень жизни боль­ных шизофренией намного выше, чем в крупных городах.

    Еще одной возможностью является участие больных на курсах и семинарах по приемам самообороны, где их учат, как не стать жертвой преступления и как в случае нападе­ния заявить об этом в полицию. Эффективность подобных занятий повышается, если к ним привлекают сотрудников полиции. Большую роль играет понимание полицейскими проблем больных шизофренией, и наоборот.

    374_______ _________________________ Глава 10

    cyberpedia.su

    Распространенность и клинико-лабораторные особенности сахарного диабета 2 типа у больных шизофренией

    Сравнить распространенность сахарного диабета 2 типа (СД), концентрацию инсулина, С-пептида и показатели инсулинорезистентности у больных шизофренией и психически здоровых лиц.

    В исследование были включены 146 пациентов с шизофренией и 602 пациентов, не страдавших психическими заболеваниями и не получавших препараты, влияющие на углеводный обмен. У всех пациентов определяли гликемию, а при наличии нарушения гликемии натощак проводили пероральную пробу с нагрузкой глюкозой 75 г. У пациентов с СД определяли концентрации С-пептида и инсулина в плазме крови и рассчитывали индексы инсулинорезистентности HOMA-IR и CARO.

    У пациентов с шизофренией и психически здоровых людей частота СД 2 типа и нарушений углеводного обмена достоверно не отличалась, в то время как у женщин с шизофренией нарушения толерантности к глюкозе и углеводного обмена встречались значительно чаще, чем у пациенток контрольной группы (р

    У пациентов у шизофренией более важное значение в развитии нарушений углеводного обмена имеет гипоинсулинемия, а не инсулинорезистентность.

    Шизофрения, сахарный диабет 2 типа, инсулинемия, инсулинорезистентность

    Обращение к теме сахарного диабета (СД) у больных шизофренией, позволяющее анализировать эндокринные расстройства с учетом состояния высших регуляторных механизмов центральной нервной системы, – не ново. Еще в 1879 г. H. Maudsley описал нарушения метаболизма глюкозы при шизофрении [1], а в 1919 г., т.е. еще задолго до появления психотропных препаратов, F. Kooy отметил более частое развитие гипергликемии у пациентов психоневрологической клиники по сравнению с таковым у психически здоровых лиц [2]. В последние годы расстройства углеводного обмена при шизофрении преимущественно связывают с инсулинорезистентностью и сопряженными с ней метаболическими эффектами, развивающимися в результате применения атипичных нейролептиков, в то время как другие аспекты этой проблемы остаются недостаточно изученными.

    Целью исследования было сравнение частоты сахарного диабета 2 типа (СД), концентраций инсулина, Спептида и показателей инсулинорезистентности у больных шизофренией и психически здоровых лиц.

    В исследование включали пациентов с шизофренией, наблюдавшихся в психиатрической клинике и способных кооперировать с врачом. Контрольную группу составили лица, находившиеся на лечении в соматических отделениях многопрофильных клиник (исключая специализированные эндокринологические службы), и не получавшие препараты, влияющие на углеводный обмен (глюкокортикостероиды, ?-адреноблокаторы, тиазиды и т. д.).

    У всех пациентов определяли гликемию натощак. Нарушения углеводного обмена оценивали в соответствии с клиническими рекомендациями Российской ассоциации эндокринологов 2015 г. (“Алгоритмы специализированной помощи больным сахарным диабетом”). За нормальные значения принимали уровень глюкозы в плазме венозной крови <6,1 мммоль/л натощак и <7,8 ммоль/л через 2 ч после нагрузки глюкозой. При наличии нарушения гликемии натощак (концентрация глюкозы в плазме крови 6,17,0 ммоль/л) пациентам проводили пероральную пробу с нагрузкой глюкозой 75 г. Критерием нарушения толерантности к глюкозе служили гликемия натощак 6,1-7,0 ммоль/л и 7,8-11,1 ммоль/л через 2 ч после нагрузки глюкозой. Диагноз СД устанавливали при наличии гликемии натощак >7,0 ммоль/л или >11,1 ммоль/л после нагрузки глюкозой. У пациентов с СД определяли концентрации Спептида и инсулина в плазме крови методом иммуноэлектрохемилюминисцентного анализа (Cobas Е-411, Roche, Швейцария), гликированного гемоглобина (HbА1с, Cobas b 101, Roche, Швейцария). Рассчитывали индексы инсулинорезистентности (ИР): HOMA-IR = [ин су лин натощак (мкЕд/мл) ? гликемия натощак (ммоль/л)]/ 22,5 и CARO = гликемия натощак (ммоль/л)/инсулин натощак (мкМЕ/мл).

    Полученные результаты обрабатывали с помощью вариационно-статистических методов с использованием статистических программ STATISTICA 10.0 (StatSoft, Inc, США) и Primer of Biostatistics, 4.03. Для сравнения количественных признаков (описываемых медианой, 25% и 75% квартилем) применяли Т-критерий Манна–Уитни при парном сравнении, при сравнении качественных признаков – критерий ?2 для произвольной таблицы сопряженности (в таблице 2?2 с поправкой Йейтса). Различие показателей считали статистически значимым при р<0,05 (при 5% уровне значимости).

    Основную группу составили 146 больных шизофренией, в том числе 72 (49,3%) мужчины и 74 (50,7%) женщины, контрольную – 602 пациента, в том числе 207 (39,4%) мужчин и 395 (65,6%) женщин. По возрасту (медиана – 46 лет [36-56] в основной группе и 52 года [40-59] в контрольной группе) и индексу массы тела (27,1 кг/м2 [25,3-28,7] и 27,5 кг/м2 [24,2-31,6], соответственно) две группы достоверно не отличались.

    СД 2 типа диагностировали у 11 из 146 пациентов с шизофренией (4 мужчины и 7 женщин). Кроме того, с помощью пробы с нагрузкой глюкозой еще у 6 пациентов (все женщины) выявили нарушения толерантности к глюкозе, а у 3 (все женщины) – нарушение гликемии натощак (табл. 1). У 19 пациентов с нарушением углеводного обмена имелась параноидная форма шизофрении, у 1 – резидуальный вариант психоза. Пятнадцать пациентов получали пероральные сахароснижающие препараты, 2 – инсулинотерапию.

    В контрольной группе СД 2 типа выявили у 38 из 602 пациентов (12 мужчин и 26 женщин), нарушение толерантности к глюкозе – у 4 (2 мужчин и 2 женщины) и нарушение гликемии натощак – у 4 (1 мужчина и 3 женщины). Пероральные сахароснижающие препараты получал 21 пациент, инсулинотерапию – 17.

    У пациентов с шизофренией и психически здоровых людей частота СД 2 типа и нарушений углеводного обмена достоверно не отличалась, в то время как у женщин с шизофренией нарушения толерантности к глюкозе и углеводного обмена встречались значительно чаще, чем у пациенток контрольной группы (р<0,001 и р=0,003, соответственно (табл. 1).

    Атипичные нейролептики получали только 6 из 20 пациентов с шизофренией и нарушением углеводного обмена, причем продолжительность лечения обычно не превышала одного месяца. У остальных пациентов для коррекции психического заболевания применяли нейролептики первого поколения ± традиционные психотропные средства.

    Нарушения углеводного обмена у пациентов с шизофренией по сравнению с контролем ассоциировались с более низкими концентрациями инсулина (на 40%) и С-пептида (на 10%) в плазме, уровня HbA1c (на 12%) (табл. 3), а также менее выраженной инсулинорезистентностью.

    В нашем исследовании частота нарушений углеводного обмена у больных шизофренией была выше, чем у психически здоровых лиц (13,7% и 7,6%, соответственно), хотя разница не достигла статистической значимости (р=0,054). В то же время у женщин с шизофренией нарушения углеводного обмена, прежде всего нарушение толерантности к глюкозе, встречались достоверно чаще, чем у пациенток контрольной группы. В других исследованиях частота СД 2 типа у пациентов с психиатрическими заболеваниями находилась в диапазоне 10-15% [3-7]. Нарушения углеводного обмена у пациентов с шизофренией ассоциировались с более низкими уровнями инсулина (р=0,004) и С-пептида (р=0,046), а также менее выраженной инсулинорезистентностью, которую оценивали с помощью индексов HOMA-IR и CARO.

    clinpharm-journal.ru

    Жить с болезнью: Шизофрения — Самые частые вопросы о шизофрении

    Вопросы о шизофрении, которые Вы задавали

    «Когда мне сказали, что у моего сына серьезное психическое заболевание и скорее всего это шизофрения, я не поверила… Это было для меня настоящим ударом. В тот период мне казалось, что лучше бы он совершил что-то плохое, чем заболел шизофренией».

    В этом высказывании проявляются не только огромная обеспокоенность матери за своего сына, но и её страх, отчаяние, разочарование.

    Такие чувства нередко возникают у родственников больных. Во многом они связаны с тем, что родственники мало знают или совсем ничего не знают о психических расстройствах и в частности о шизофрении.

    В дальнейшем мы часто встречались с этой мамой, много разговаривали. После того как прошла первая – шоковая реакция, у нее появилась потребность больше узнать о шизофрении. Позднее она очень образно рассказывала: «Первое впечатление, которое возникло у меня, когда я стала читать о шизофрении, было то, что я попала на неизвестную землю. Не было карт, не было опознавательных знаков. Теперь я осознаю, что для того, чтобы помогать сыну в лечении, надо многое знать о болезни и понимать, что делают врачи и психологи. Я поняла, что надо учиться столько, сколько можешь».

    1. Что такое шизофрения?

    Шизофрения – это распространенное хроническое психическое заболевание, при котором имеется вероятность развития стойких, необратимых изменений личности. Оно не является редким. В мире из каждых 100 человек один болеет шизофренией в течение всей своей жизни. Шизофрения представляет основную клиническую и социальную проблему психиатрии: такие пациенты составляют около 60% всех психически больных, находящихся в психиатрических стационарах, на них приходится около 80% всех инвалидов по психическому состоянию. Заболевание может развиться в любом возра c те, однако чаще всего оно начинается у молодых – до 30 лет.

    Шизофрения имеет много вариантов проявления (так называемых клинических форм заболевания) – от тяжелых, которые могут 36 приводить к инвалидности, до наиболее мягких, не препятствующих больным оставаться активными в жизни, иметь семью, работу и чувствовать себя достаточно полноценным, несмотря на некоторые ограничения. Болезнь может протекать непрерывно, практически не оставляя больного свободным от симптоматики, а может носить приступообразный характер – с периодами обострения и периодами ремиссии, когда симптоматика или существенно ослабевает, или вообще отсутствует. У большой части больных шизофрения проявляется выраженными расстройствами, которые в психиатрии имеют обобщенное название «психоз». При психозе человек утрачивает способность правильно оценивать окружающий мир, реальные впечатления смешиваются с такими болезненными психическими проявлениями, как бред и галлюцинации, причем последние приобретают для больного первостепенное значение, являются самыми важными переживаниями. Из-за этого поведение больного становится малопонятным для других людей и часто неправильным, так как определяется не реальными событиями и отношениями, а болезненными переживаниями. Важно отметить, что у значительной части больных течение шизофрении принимает более мягкие формы, при которых состояние можно оценить как психоз лишь во время обострения болезни. В спокойном периоде, когда бред и галлюцинации частично или полностью нивелируются (период ремиссии), больные вновь понимают грань между реальностью и их болезненными представлениями, способны в той или иной степени вернуться к обычной жизни, обязательствам в семье, а некоторые возвращаются к работе.

    2. Кто может заболеть шизофренией, и каков процент заболевших в разных возрастных группах?

    Шизофренией может заболеть любой человек в любом возрасте. Как мы уже говорили, отвечая на предыдущий вопросе, этим заболеванием поражается около 1% населения. Однако приблизительно у 75% больных первые симптомы появляются в возрасте от 17 до 24 лет. Люди старше 40 лет заболевают шизофренией намного реже. Мужчины болеют несколько чаще, и заболевание у них начинается раньше.

    У женщин болезнь обычно развивается несколько позднее. К моменту начала заболевания многие уже успевают получить образование, приобрести трудовые и жизненные навыки. Поэтому для женщин характерен несколько более благоприятный прогноз заболевания.

    3. Расскажите: каковы основные проявления шизофрении?

    Проявления шизофрении очень разнообразны. Не существует какого-либо единого абсолютного критерия, на основании которого можно поставить диагноз шизофрении. Многие проявления шизофрении можно наблюдать и при других психических болезнях. Именно поэтому диагностика шизофрении вызывает столько споров и затруднений.

    И все же, несмотря на чрезвычайное многообразие симптомов, наблюдающихся у больных шизофренией, есть группа болезненных проявлений, которые с разной степенью выраженности и в разном соотношении друг с другом встречаются практически у всех людей с этим заболеванием.

    Нарушения мышления в виде ослабления или утраты целенаправленности мыслительных процессов – характерный для шизофрении симптом. Высказывания человека с такими нарушениями становятся туманными, расплывчатыми, что мешает уловить их смысл. Больной с расстройствами мышления может говорить очень много и долго без остановки, без дополнительных побуждений со стороны собеседника (монолог). Такие особенности мышления, несмотря на отсутствие нарушений памяти, сохранность приобретенных знаний и зачастую весьма широкий кругозор и информированность больного, снижают его интеллектуальную продуктивность, не позволяя делать логичные умозаключения. У некоторых больных нарушения мышления особенно заметны в период обострения, а с наступлением ремиссии мышление становится более последовательным и целенаправленным.

    У других больных мышление приобретает витиеватый характер, их высказывания переполнены рассуждениями на абстрактные темы, далекими по смыслу аналогиями, философствованием. На окружающих это может производить впечатление оригинальности, заумности, однако часто такие особенности мышления мешают больному мыслить четко и приходить к конкретным умозаключениям. Некоторым больным, наоборот, бывает трудно оперировать абстрактными понятиями – врачи называют это явление конкретным мышлением. В иных случаях мышление отличается излишеством рассуждений, привлечением не относящихся к конкретной задаче деталей, использованием данных не в том ключе, который нужен для принятия решений. Иногда при усугублении состояния у больного ослабевает связь между мыслями, его высказывания становятся беспорядочными.

    Для шизофрении характерны и нарушения эмоционального строя. Они могут проявляться в виде длительно сохраняющейся тревоги, внутренней напряженности, раздражительности, преобладания отрицательных эмоций. Другим характерным проявлением служит снижение эмоционального реагирования – стойкое эмоциональное безразличие, тусклость переживаемых эмоций. При иных типах нарушения эмоциональные реакции больного могут быть малопонятными окружающим – человек может смеяться при неприятных новостях и плакать, когда кто-то смеется, не всегда соответствующими ситуации. Нарушения эмоций могут проявляться и тем, например, что больной, любя своих близких, скучая по ним, в то же время совершает поступки, причиняющие им боль. Несоответствие эмоционального отклика в определенной мере обусловлено тем, что больной просто не понимает переживаний окружающих, не ощущает эмоционального резонанса с ними. Однако, несмотря на внешнюю непроницаемость и даже холодность, больные часто чувствуют нюансы отношения к ним. Они сохраняют отзывчивость на желание их поддержать, понять, помочь и в то же время чувствительны к непониманию или равнодушию окружающих.

    У ряда больных с течением времени может понижаться сила воли. Это проявляется бездеятельностью, постоянным стремлением лежать, не предпринимая никаких действий, отсутствием какой-либо инициативы. Однако это не лень в бытовом смысле слова, хотя отдаленно и напоминает ее. Такие больные чувствуют себя уставшими, утомленными даже в отсутствие какой-либо деятельности, например при длительном пребывании в стационаре, где не надо прилагать особых усилий даже по самообслуживанию. Проявление это отличается стойкостью и существенно влияет на способность больного вернуться к полноценной жизни. Такое положение требует особого понимания со стороны близких, которым предстоит определить меру необходимой стимуляции больного к активности, чтобы как-то противостоять болезненному проявлению, не ухудшая при этом его самочувствия и не провоцируя реакции гнева.

    Слуховые галлюцинации относятся к числу наиболее частых нарушений при шизофрении. Больным представляется, что они слышат в голове собственные мысли, которые повторяются голосом самого больного или чужого человека. Нередко содержание того, что произносится голосом или голосами, уже не переживается больным как повторенные собственные мысли. Больной вступает в диалог с голосами, считая, что с ним ведут переговоры люди, находящиеся на расстоянии. Нередко они отличаются стойкостью и неприятным содержанием, вызывая у больного мучительные переживания. Это могут быть голоса знакомых или незнакомых людей, которые звучат в голове и обвиняют, дразнят, оскорбляют больного. Голоса могут назойливо комментировать поступки и действия больного, его мысли и более того – давать советы или отдавать приказы поступить тем или иным образом. Больной абсолютно убежден в том, что эти голоса ему передаются с помощью гипноза, телепатии, электромагнитных волн. Характерно, что эта внутренняя жизнь, переговоры с голосами, комментарии и советы голосов подчас становятся для больного важнее, чем обстоятельства реальной жизни. При обострении болезни он начинает верить больше голосам, чем себе или окружающим. Это может явиться причиной странных, нелогичных в глазах окружающих поступков, неправильного или даже опасного поведения. В состоянии ремиссии многие больные допускают, что голоса – это болезнь мозга.

    Окружающий мир может пугать их. Иногда больные теряют ощущение четких границ между собственной личностью и окружающими людьми или предметами, не могут разграничить свои болезненные фантазии и реальность.

    Бредовые расстройства также являются характерным признаком заболевания. Бредом можно назвать ошибочные, не разделяемые окружающими людьми идеи или мысли больного человека, от которых он не может отказаться, несмотря ни на какие логичные доводы. Одна из наиболее простых форм бредовых расстройств заключается в том, что человек начинает воспринимать происходящие вокруг него события как нечто имеющее прямое отношение лично к нему. Например, он замечает, что на нем специально задерживают взгляд, на него смотрят, окружающие отпускают реплики, имеющие к нему непосредственное отношение, посторонние люди в метро ведут о нем разговоры. Дальнейшее развитие бреда может сопровождаться идеями о наблюдении за ним специальных агентов, применении подслушивающей аппаратуры, привлечении к наблюдению близких родственников или сотрудников на работе, которые якобы действуют заодно с преследователями. Часто больной испытывает переживание воздействия на его психику техническими средствами или путем телепатии. В голову ему «вкладывают» чужие мысли, а его собственные «отнимают», «стирают» память, показывают не его сновидения, «заставляют» слышать голоса, через тело «пропускают ток», вызывают другие неприятные ощущения в теле, «заставляют» говорить или молчать не по собственной воле. Таким образом, у больного как бы утрачивается возможность регулировать собственные психические процессы, которые теперь представляются полностью подчиненными воле преследователей. Если на начальном этапе бредовых идей отношения больные могут в какой-то момент допустить болезненность характера своих подозрений, то в последующем способность воспринимать собственные переживания как болезненные пропадает. Вместе с тем больные в ряде случаев понимают, что прием лекарственных препаратов делает их «более устойчивыми» к воздействию. Об этом им говорит собственный опыт, и, не имея возможности однозначно определить свои переживания как результат болезни, как собственные болезненные фантазии, больные все же способны идти на некий компромисс, соглашаясь лечиться.

    Нарушение социального поведения . Для больных шизофренией характерна тенденция отгораживаться от окружающих, поведение которых зачастую ими воспринимается как непонятное и угрожающее. Содержание сознания наполняется фантазиями об уже реализованных во внутреннем мире желаниях. Реальные взаимодействия с окружающим миром утрачивают для больного значение. Он ограничивает социальные контакты, становится домоседом, не общается с друзьями, знакомыми, в наиболее тяжелых случаях болезни ограничение контактов распространяется и на близких. В связи с изменениями в эмоциональной сфере больные не всегда могут соотнести свое поведение с ожиданиями окружающих, поэтому их поступки воспринимаются людьми как нелогичные, странные, чудаковатые.

    Отношение окружающих, которое часто носит стигматизирующий характер, усиливает тенденцию к отгораживанию от окружающего мира, приводя к еще большей дезадаптации в социуме.

    Как мы уже говорили, у конкретного больного не обязательно присутствуют все перечисленные проявления. Симптомы болезни комбинируются в разных сочетаниях, что и определяет неоднозначность клинической картины болезни.

    4. Какова основная причина шизофрении? Или их может быть несколько?

    Ученые до сих пор не знают точных причин этого заболевания. Однако изменения таких функций мозга как мышление, поведение, эмоции свидетельствуют о том, что именно в головном мозге находятся структуры, ответственные за возникновение шизофрении. Некоторые исследователи полагают, что в механизм возникновения заболевания вовлечены особые вещества – нейротрансмиттеры (например, серотонин, дофамин), посредством которых нервные клетки передают информацию. При шизофрении могут быть затронуты такие структуры мозга, как лимбическая система (ответственная за эмоции), таламус (координирующий передачу информации в центральной нервной системе) и некоторые другие.

    К сожалению, точный механизм и время возникновения изменений в мозге остаются неизвестными, однако имеются свидетельства того, что изменения, приводящие в дальнейшем к развитию шизофрении, могут возникать в ранних стадиях развития мозга.

    Представляет интерес концепция так называемой уязвимости в отношении стресса у больных шизофренией, т.к. она учитывает не только биологическую составляющую человека, но и его психологическую и социальную сущность. Перечисленные выше биологические особенности головного мозга обусловливают изменение переработки поступающей информации. Это в свою очередь оказывает влияние на развитие психики, становление личности при взаимодействии с окружающим миром, а в дальнейшем – на пути реагирования человека на различные значимые для него события.

    Суть таким образом формирующихся особенностей заключается в высокой ранимости, или уязвимости к стрессам. И если у одних людей в ответ на какие-либо стрессовые события развивается язвенная болезнь желудка или бронхиальная астма, то у других возникает психоз, происходит срыв психики и работы головного мозга. Проблема заключается в том, что трудно предположить, какие именно события могут оказаться стрессовыми для такого уязвимого человека и «запустить» болезнь, – ведь процесс переработки информации у него иной, чем у большинства людей.

    5. Скажите: какова роль наследственности в возникновении шизофрении?

    Деятельность нейротрансмиттеров, о которых мы упоминали при ответе на предыдущий вопрос, в значительной степени контролируется генами. Сегодня наукой установлены факты, свидетельствующие о роли наследственности в развитии шизофрении. В частности, эти данные получены в ходе изучения семей больных шизофренией, при проведении близнецовых исследований. Напомним, что шизофрения возникает у 1% населения, однако риск ее развития возрастает при наличии больного родственника. Так, если шизофренией болен один из родителей, родной брат или родная сестра, то риск возрастает до 10–15%, если больны оба родителя, – до 40–50%. Что касается племянников, внуков больных шизофренией, то у них риск ее развития составляет 3%. Для уточнения этих вопросов в каждом конкретном случае сегодня имеется возможность получить консультацию у медицинских генетиков.

    Очень важен вопрос, какие факторы способствуют тому, что шизофрения не развивается у 85 детей из 100, если ею болен один из родителей, и у 50 из 100 в случае, когда больны и мать, и отец, и какие факторы способствуют ее развитию в соответствующей части случаев. С ответом на этот вопрос ассоциируются возможности построения схемы профилактики заболевания.

    6. Есть ли у больных шизофренией надежда выздороветь и найти своё место в обществе?

    Да, такая надежда есть. Расширяются научные исследования в этой области, резко возрастают возможности медикаментозного лечения, так как ежегодно появляются новые эффективные лекарственные препараты, совершенствуются методики психотерапевтической помощи больным и членам их семей, проводятся программы социальной реабилитации, растёт помощь со стороны семьи, ближайшего окружения больных, улучшаются понимание обществом и его осведомленность об этом заболевании. Все это в целом составляет основу, которая помогает человеку справиться с заболеванием и найти свое место в жизни.

    7. Чувствуют ли себя изолированными больные шизофренией?

    К сожалению, да. Общество часто не понимает их и проявляет нетерпимость к тому, что они – другие. Чувствуя это, больные сами стремятся отгородиться от окружающей действительности. Многие из них не могут работать, имеют очень низкие доходы, не в состоянии удовлетворить своих потребностей в жилье, приобретении одежды, других вещей, что усугубляет социальную изоляцию. Поэтому задача семьи, медицинских работников, всего общества – помочь людям с психическими расстройствами не быть и не чувствовать себя изолированными.

    8. Могут ли какие-то больные полностью излечиться и адаптироваться в обществе, без каких бы то ни было проблем? Каков прогноз при шизофрении?

    До настоящего времени не известно средства, полностью излечивающего это заболевание. Однако примерно у 30% больных развивается длительная, стабильная ремиссия (период вне обострения болезни), они возвращаются к нормальной жизни, т.е. практически выздоравливают. У них не обнаруживается психических расстройств, вызывающих дезадаптацию. В 30% случаев болезнь, к сожалению, приобретает хронический характер. Для этих больных типичны ее частые обострения, постепенное усугубление расстройств, что приводит к утрате работоспособности и к социальной дезадаптации. Состояние оставшейся трети больных можно определить как промежуточное. Для них характерны умеренные расстройства и периодические обострения заболевания. Многие из таких больных способны научиться справляться с болезнью и восстановить большинство навыков.

    Тем не менее всем больным шизофренией необходимо медикаментозное лечение и создание благоприятного микроклимата. Важной составляющей успеха является активная позиция самого больного в лечении – умение замечать первые симптомы обострения и принимать необходимые меры. Постепенно к ним могут вернуться такие качества, как уверенность в себе, инициативность, способность решать финансовые и бытовые вопросы, а также навыки общения.

    9. Какие чувства испытывают люди, когда понимают или узнают, что они больны шизофренией?

    На этот вопрос трудно ответить однозначно. Реакция на болезнь определяется целым рядом обстоятельств, в частности мерой страдания самого больного от проявлений болезни, понимания, что его переживания носят болезненный характер. Реакция зависит от информированности о своей болезни, закономерностях ее проявления (адекватной или чрезмерно схематичной), от отношения окружающих к факту болезни. Дополнительным самостоятельным аспектом проблемы реагирования на данный диагноз является стигма – отвергающее, дискриминирующее отношение общества к человеку по какому-либо критерию, в данном случае – наличию психического заболевания. Если в кругу семьи и друзей проблемы, связанные с заболеванием шизофренией, не обсуждаются открыто и спокойно, как это обычно бывает при других болезнях, пациент может почувствовать, что его состояние настолько ужасно, что семья не в силах ему помочь. Это может вызвать у больного страх, обиду, унижение, душевную боль.

    Бывает и так, что сами больные не испытывают стыда или замешательства, но если такие чувства возникают у членов их семьи или друзей, они пугаются и могут отгородиться от окружающих.

    10. Как семьи реагируют на известие о том, что их ребенок или другой близкий родственник болен шизофренией?

    Шок, горе, страх, отчаяние – лишь часть эмоций, которые семья испытывает, впервые столкнувшись с этим, как, впрочем, и с любым другим тяжелым заболеванием их ребенка или другого члена семьи. Иногда возникают протест, отрицание возможности того, что это могло произойти именно с их семьей. Такая реакция неблагоприятно сказывается на состоянии заболевшего, поскольку в этом случае оттягиваются момент обращения за квалифицированной помощью и соответственно начало приема лекарств. Лишь спустя какое-то время приходит понимание необходимости получения знаний о заболевании, о существующих возможностях его лечения, желание научиться справляться с ним.

    11. Как лечить это заболевание?

    Примерно в 70% случаев проявления шизофрении хорошо поддаются воздействию лекарственных средств. У многих больных эффективна психотерапия. Очень важны семейная и общественная поддержка, разнообразные реабилитационные программы.

    12. Удовлетворены ли психиатры эффективностью лечения людей, больных шизофренией?

    Не всегда. К сожалению, не всем больным удается помочь в полной мере. Однако важно понимать, что за последние тридцать лет психиатрия добилась значительных успехов в лечении шизофрении. Ученые и практики всего мира не останавливаются на достигнутых результатах, постоянно стремятся к разработке новых и совершенствованию имеющихся методов лечения, к обеспечению эффективной помощью всех нуждающихся в ней.

    mindlabyrinth.ru

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    Navigation